Зигзаги жизни. Не вошедшее в рассказ

Действие этой истории происходит до событий, описанных в основном рассказе.

Глава 1. Андрей

Наступил последний месяц весны, солнце уже припекало по-летнему, но вечером, когда спадала дневная жара, становилось прохладно и снова хотелось жить. Ольга, прогуливаясь, шла с работы домой. Специально вышла за две остановки раньше, чтобы насладиться вечерней прохладой города. В воздухе, после прошедшего дождя, стоял аромат чистой листвы, пахучих цветов и еще чего-то волнующего и будоражащего кровь.

Из общего потока автотранспорта выпала красная иномарка и, притормозив чуть впереди, посигналила. Ольга заинтересовано посмотрела на неё, из опустившегося окошка показалось симпатичное лицо незнакомого молодого человека.

Непринужденно улыбнувшись ей, он произнес:

 — Девушка, давайте я вас подвезу.

 — Спасибо конечно, но я сама дойду, — улыбнувшись в ответ, сказала она.

Парень, конечно, был очень так ничего, и машинка у него приличная, но девушка не для того вышла из автобуса, чтобы сразу сесть в машину, она очень хотела насладиться прогулкой по вечернему городу. И она вновь, не торопясь, пошла по тротуару.

Однако парень и не собирался сдаваться.

 — Девушка, а давайте познакомимся? — стараясь наладить контакт, продолжил он.

 — Мне мама не разрешает знакомиться на улице.

 — А мы ей ничего не скажем, — упорствовал парень.

 — Не скажем о чем? — уже полуобернувшись, спросила с улыбкой Ольга, продолжая идти.

Автомобиль тронулся и, приноравливаясь к её скорости, медленно покатился рядом. Молодой человек, изредка поглядывая на дорогу, решил продолжить разговор прямо с водительского места.

 — Не скажем, что мы уже познакомились. Меня Андрей зовут. А вас как?

Ему пришлось повысить голос, чтобы его расслышали.

 — Меня Ольга, — ответила девушка, никогда не делавшая тайны из своего имени.

 — Ольга, садитесь в машину, здесь уютно и музыка есть.

 — А у меня солнышко и чистый воздух, — парировало очаровательное создание.

Парень, переваривая полученную информацию, ненадолго задумался, а затем предпринял «ход конем» — машина увеличила скорость, обогнав девушку метров на двадцать и, повернув налево, остановилась, перекрыв обе полосы движения в одну сторону.

Раздались возмущенные сигналы подъезжающих машин. Молодой человек выскочил из автомобиля и, не обращая внимания на раздающиеся гудки, быстрым шагом подошел к девушке, припал на колено и, сложив молитвенно кисти рук, с чувством произнес:

 — Милая Ольга, не допустите моего избиения этой бандой нетерпеливых водителей, которые сейчас начнут вылезать с монтировками и гаечными ключами. Садитесь, пожалуйста, в машину, безопасность гарантирую!

Тем временем начали раздаваться уже не только сигналы, а и крепкие словечки в адрес водителя, таким возмутительным образом припарковавшего авто.

Из машины напротив высунулась голова мужчины, который со смехом прокричал:

 — Девушка, немедленно соглашайтесь, этот не ни за что отступит!

Причем он явно не мог слышать, что ей предложили, может, что-то жутко аморальное, но проявлял мужскую солидарность.

Ольга, сама более двух лет водя отцовскую машину, в полной мере оценила рискованное предприятие Андрея и со смехом сказала:

 — Ну, хорошо, пошли, дабы предотвратить кровопролитие.

И они быстренько запрыгнули в машину, освободили проезд и медленно покатили по дороге.

Молодой человек, повернув голову в её сторону, с чувством произнес:

 — В благодарность за мое спасение приглашаю вас в кафе покушать мороженное.

 — Вы же меня предлагали только до дома подвезти, — с подначкой удивилась девушка.

 — Да, но это было до того, как вы самоотверженно бросились спасать мою шкуру. А теперь я просто обязан выказать свою признательность в ощутимой форме.

 — Ну, допустим свою шкуру вы сами подставили под удар, а насчет кафешки я, в принципе, не против, лишь бы на свежем воздухе и не шумная.

С кафешкой решилось быстро. В парке возле Ольгиного дома, их было целых две, и молодые люди расположились в одном из них, заняли столик и заказали мороженное. В совместном общении выяснилось, что Андрей — предприниматель, имеет небольшую фирму по оптовой торговле, женат, но с женой они не ладят, каждый живет как бы своей жизнью. Единственное, что их сейчас объединяет — это трехлетняя дочь и его деньги.

Ольге, которая два месяца назад развелась с мужем и вернулась к родителям с годовалым малышом, было это знакомо не понаслышке. Ей также импонировало то, что молодой человек не стал строить из себя холостяка, как это делает большинство, а сразу на прямой вопрос ответил честно.

Когда выяснились такие подробности их жизней, Андрей с подтекстом предложил на ближайшие выходные съездить к нему на горную дачу, расписывая прелести весенних гор.

Горы Ольга беззаветно любила всю жизнь, и лишний разок туда вырваться значил для неё много. Безо всякого труда уловив суть сделанного ей предложения, она решила принять его, тем более, что последние три-четыре месяца вообще былалишена мужской ласки и, по большому счету, удовлетворение должно было стать обоюдным.

С неистребимым женским прагматизмом, она постаралась выжать максимум из его предложения, выпросив еще и разрешения вести машину, что тоже очень любила, но возможность выпадала редко. Он, подумав, согласился доверить ей руль, но только на трассе, предупредив, что в горах он поведет автомобиль сам. Достигнув соглашения, молодой человек, предварительно взяв номер её телефона и оставив номер своей сотки, доставил девушку домой.

В субботу, как и договаривались, Андрей подъехал к её дому, и уже минут через десять они тронулись в путь, предварительно подискутировав на тему, отличается ли вождение в городских условиях от езды по загородному шоссе.

Ольга быстро сдала позиции, признав, что действительно еще не знает норова его лошадки, и по городу автомобиль вел хозяин. Впрочем, надо отдать ему должное — после выезда с кольцевой сам остановился и предложил махнуться местами.

Первые минут пять он как ястребследил за действиями девушки за рулем. Убедившись, что машину ему сразу гробить не собираются, начал разговаривать о жизни, интересах, заботах, продолжая знакомиться друг с другом, изредка комментируя происходящее на дороге.

Благополучно прибыв на дачу, расположенную в действительно живописном ущелье, они принялись разгружать припасы, которые привезли с собой.

Когда она наклонилась к раскрытому багажнику, чтобы достать очередной пакет, то почувствовала на своих бедрах мужские руки, оглаживающие её округлости. Улыбнувшись старому, как мир, приглашению к любовной игре, она подала попку назад, уперевшись ягодицами в пах мужчины, и принялась, покачивая бедрами, тереться о него, принимая вызов.

Его руки, получив безмолвное разрешение, принялись гораздо активнее ласкать предоставленные их заботам талию и ножки, сжимая и поглаживая их, в процессе движения охватывая все большую площадь и уже протискиваясь между бедер девушки, потирая скрытую шортиками промежность. Задержавшись на этой самой притягательной части женского тела, его ладони надавливали и волнообразно поглаживали, предупреждая о вполне определенных намерениях хозяина.

Ольга, оттопырив попку и плотно прижавшись к парню, сквозь слои материи ощущала наливающееся силой мужское достоинство, которое удобно разместилось как раз на слиянии ее булочек и стало уже заметно выпирать, вызывая в голове лавину сексуальных фантазий.

Тем временем рука на её киске заметно увеличила темп и силу давления, вминая половые губки и стимулируя клитор. Она почувствовала знакомые признаки желанной близости, низ живота стал наливаться жаром и тяжестью, и её ракушка потекла в предвкушении близкого знакомства с тем заманчиво упирающимся сзади кавалером.

По телу прокатывались волны возбуждения и желания, она, уперевшись руками в лежащие пакеты, интенсивней принялась ёрзать попкой, вдавливаясь ложбинкой в ствол, который принял окончательную форму и размеры — твердокаменный жезл на пути двух привлекательных полушарий.

Его руки, продолжая тискать бедра, сместились к животу, расстегнули пуговичку и молнию на шортах и одним движением спустили их на колени. Запустив руки под трусики, Андрей еще какое-то время, ласкал освобожденную от оков кисулю, к тому времени вовсю уже исходящую соками, а затем и их постигла участь шорт — быть спущенными вниз.

Оторвавшись от оголенной и вызывающе аппетитной попочки, он сдернул свои штаны и, прицелившись, сходу пробурил теперь доступную и такую желанную дырочку своим звенящим от напряжения штырем.

Ольга аж застонала от кайфа, когда её киску так сладко вспорол твердый мужской член. Прогнула спину, чтобы насадиться на него как можно глубже, и упоенно принялась подмахивать атакующему ее захватчику.

Шорты путались в ногах, мешая в полной мере, насладиться близостью, и девушка нетерпеливо стряхнула их и развела ноги пошире, давая полный доступ к своей киске.

Одной рукой продолжая упираться в днище багажника, другую просунула под футболку и, захватив грудь, принялась сдавливать её, зажимая между пальцами сосок, придавливая его и выкручивая.

Огонь возбуждения охватывал все тело, подчиняя ритму скользящего во влагалище мужского члена, и она растворялась в нем, содрогаясь и временами вскрикивая, когда он входил на всю длину, растягивая колечко матки.

Дыхание участилось, соски сжались до твердости камня, как бывало при крайнем сексуальном возбуждении, а орудовавший в ней ствол, вызывая чувство наполненности, доставлял своими ритмичными действиями давно не испытываемое блаженство единения.

Андрей, пылая пожаром страсти, крепко держал за бедра находящуюся сейчас в его полной власти молодую женщину. Гудящим от напряжения членом он упоенно натягивал послушную сучку в захваченную дырочку, содрогаясь от жажды обладания. При каждом погружении впечатывался пахом в её ягодицы и раздававшиеся шлепки соприкасающихся тел были абсолютно непристойны. Головка члена упиралась в эластичную преграду, вызывая мучительное желание проникнуть как можно глубже, порвав все ограничения.

Вид этого красивого тела, перекинутого через край багажника, с торчащей вверх попкой и расставленными в стороны ногами, вызывал чувство невероятного экстаза от обладания всем этим великолепием и заводил не на шутку, заставляя ожесточенно трахать и трахать эту самку. Стоны, переходящие во всхлипы, воспринимались уже как необходимое дополнение к волнующему проникновению в её лоно, распаляя его, напрочь сносили крышу, застлав глаза пеленой похоти.

В какой-то момент, краешком незамутненного сознания он почувствовал, как сжимаются вокруг него шелковистые горячие стенки пещерки, где он орудовал, раздался особенно громкий стон, и вокруг члена брызнули её соки, обдавая его яички и промежность выплеском её страсти. Колечко влагалища сильно сжалось, приготовившись выдоить своего партнера досуха. Настолько был силен этот призыв, что сопротивляться ему не хватило бы никаких сил и, почувствовав, что подходит к финалу, он выдернул своего бойца с поля битвы, чтобы со стоном удовлетворения излиться сверху, орошая прекрасную попку своим семенем.

Прижимая рукой свой брызгающий член к её аппетитным, гладеньким булочкам, он круговыми движениями размазывал по ним свою сперму, компенсируя своему дружку недополученные мгновения контакта с этим желанным телом. Покрывая доступную поверхность своей глазурью, он испытывал несравненное чувство удовлетворения и завершенности соития.

Чуть позже, обхватив руками Ольгину талию, вытягивая её из ловушки, в которую сам её и втолкнул, внутренне удивился своему внезапному порыву овладеть ею прямо здесь, когда в доме две спальни и куча более подходящих и удобных мест. Тело под его руками медленно задвигалось, помогая извлечь себя из внутренностей багажника, и наконец, его взору предстала довольная мордашка с растрепанными волосами и сияющими глазами.

Ольгу, уже давненько не имевшую даже плохонького перепиха, еще несло потоком наслаждения от того, что её киску так славно отодрали и довели до оргазма. Стоя на ватных ногах, как это обычно бывало после пика наслаждения, она удивленно поинтересовалась:

 — Ты что, как тот заяц из анекдота, целую машину приобрел ради багажника?

Выяснилось, что эта, расплывшаяся от улыбки, довольная после секса, физиономия не слышала этот анекдот. Пришлось вкратце просвещать, как заяц, купив автомобиль, приглашал всех зверей противоположного пола посмотреть на салон через окошко, а сам поднимал стекло в дверце, зажимая голову и выходя через водительскую дверцу, всех их имел. Медведь, увидев эту изобретательность, подумал, что вся машина ему на фиг не нужна, а вот дверцу, для такого дела, обязательно прикупит.

Улыбнувшись рассказанному анекдоту, Андрей спросил:

 — Я смотрю, ты даже возмущаться не собираешься по поводу произошедшего.

 — А тебе хочется, чтобы я возмутилась?

 — Нет, конечно. Просто так неожиданно все произошло. Я и сам не ожидал. Увидел, как ты наклонилась, твою торчащую попку, ну и не удержался.

 — Ну и молодец, с нами бабами, так и надо, увидел торчащую задницу — сразу втыкай!

И глядя на слегка опешившего парня, добавила:

 — Да не парься ты, все нормально, в следующий раз можешь в меня кончать, я заранее таблетку приняла.

У её организма было такое свойство, если спускали не в нее, то её киска считала себя обделенной и ещё долгое время требовала продолжения.

А Андрей, глядя на неё, с восхищением думал: «Вот это-то блядь!» В хорошем, для мужиков, понимании этого слова. Развить эту тему ему не дал вопрос:

 — А где обещанный бассейн?

 — За домом. Кстати, можешь здесь голышом ходить, соседа сегодня нет — ворота заперты.

 — Я сейчас пойду искупаюсь, а там видно будет.

И она, прихватив из сумки полотенце, отправилась к бассейну. Правда, поплавать не получилось, вода оказалась очень холодная. Пару раз окунувшись, она раскинуласьв шезлонге возле воды, подставляя припекающему солнышку свое тело и с восхищением разглядывая окружающий пейзаж, твердо решив после обеда сходить прогуляться по кручам.

От созерцания окрестностей её отвлек голос хозяина:

 — Эй, наяда-соблазнительница, ты кушать хочешь?

 — Нет, вы посмотрите на него, злостно трахнул беззащитную девушку, с использованием технических средств, а теперь отмазывается, типа она соблазнительница. Нет, обедать не хочу — рано ещё.

 — Так я не про обед говорю. Я тебе заварные с кремом взял, а тут такое дело, кто-то их безжалостно раздавил.

Андрей подошел ближе, неся в руках пакет из багажника. Ольга, приподнявшись на локтях, с любопытством сунула свой носик в распахнутый пакет. Действительно, представшее зрелище удручало. Пирожные были смяты в лепешечки, а крем размазался по стенкам пакета. Засунув руку в пакет, она пальцем зацепила горстку крема и сунула себе в рот. Крем был свежий и ужасно вкусный.

 — Вот я и говорю, с использованием технических средств и порчей девичьего пропитания.

 — А знаешь, о чем я все это время думал? — не в тему вопросил он, не отрывая взгляда от её роскошных грудей. — Что до сих пор, еще не тискал твои сиськи.

 — Тоже мне, проблема, — ответило обнаженное очарование.

И тут ей в голову пришла замечательная идея: подтянув ближе пакет, она зачерпнула крем и, смазав им свои соски, с гордостью сказала:

 — Можешь даже облизать.

Хмыкнув, Андрей поставил пакет на землю, присел на краешек шезлонга и, сграбастав обе груди своими лапищами, так что они влепились друг в друга, впился жадным поцелуем в один из торчащих сосков. Всосав его, он принялся круговыми движениями языка слизывать размазанный крем, теребя и лаская затвердевающую вишенку. Полностью слизав сладкое покрытие, переключился на второй.

Ольга, заводящаяся с пол-оборота от умелых ласк, чувствовала нарастающее возбуждение во всем теле. Добывая сексуальный эликсир из пакета, она попеременно смазывала кончики сосков. Но скоро этого ей показалась мало, и она принялась наносить крем на шею, туда, где под тонкой кожей учащенно билась жилка; на ямку между ключицами; провела полоску между грудей к животу; обвела пупок, прокладывая дорожку наслаждения по своим самым эрогенным зонам.

И напоследок хулиганка, раскинув в стороны ноги, зачерпнула целую пригоршню крема и отодвинув его голову, впечатала всю горсть себе в развернувшиеся губки влагалища.

Мужчина, приподняв голову, посмотрел ей в глаза многообещающим взглядом и, нырнув между ног, ожесточённо принялся поедать крем в такой эротической упаковке, размазывая языком и губами лепестки и бусинку цветка. Ольга, вцепившись руками в его шевелюру, пыталась как-то управлять этим процессом, но сразу выяснилась тщетность её попыток — он, увеличивая давление, терзал свою добычу с жадностью оголодавшего зверя.

Не выдержав этой расправы, её тело выгнулась дугой, словно прошитое разрядом электрического тока и буквально через пару минут таких интенсивных ласк она взорвалась, выплескивая возбуждение струйками своего нектара.

 — Вот это приход! — мысленно прокомментировала она, непроизвольно сдавливая бедрами голову своего партнера, доставившего ей несколько волшебных минут путешествия в другие измерения. После чего, расслабляясь, растеклась по лежаку в поисках краткой передышки.

Появившееся в поле зрения лицо, в боевой кремовой раскраске племени «Мы за секс везде и всюду!» изыскано поинтересовалось:

 — Кайфово ль тебе, девица? Кайфово ль тебе, красная?

 — Не то слово. Я вообще отлетела! — умиротворенно ответила упомянутая девица, постепенно приходя в себя.

 — Тогда, значит, моя очередь! — решительным тоном пробурчалперемазанный в креме Андрей, приближаясь и нависая над ней.

 — А вот хочешь баш на баш? — закинула удочку продышавшаяся Ольга.

 — Это зависит от того, что ты подразумеваешь под словом баш, — остановился он на полпути.

 — Ложись на лежак, узнаешь. Там еще куча крема осталось.

 — Так, я понял, тебе завидно, что я твой крем съел.

 — В точку. Есть из пакета дурной тон. А со статуи, вроде как — верх эстетизма.

 — Ты только на статую, не очень-то рассчитывай, примеров в истории хватает, — заключил он, укладываясь в освобожденный шезлонг.

Бросив взгляд на звенящую от напряжения башню, перевитую страховочными канатами, Ольга оценила, какой подвиг только что совершил её парень, поэтому, не откладывая, мазанула её кремом и принялась усиленно полировать, хитро поглядываяиз-под ресниц на реакцию повелителя.

Теперь уже он пытался притормозить сумасшедший ритм горячих губ, охвативших его ствол, но она упорно продолжала придерживаться заданного темпа, с силой обжимая и посасывая скользящую во рту головку.

Тогда, махнув рукой на длительность любовной игры, он встречными движениями стал активно приближать развязку экстренного поедания крема. Меньше двух минут потребовалось чемпионке по добыванию сладких сливок, чтобы получить свежую насыщенную порцию, как говорится, прямо от завода-производителя, минуя розничную торговлю.

Андрей, застонав от наслаждения, хрипловатымголосом попенял ей:

 — С такой сумасшедшей скоростью растянуть удовольствие не дала.

Оторвавшись от тщательного вылизывания ещё сочащейся головки, плутовка с невинным взглядом, проведя язычком по верхней губе, с неподдельной искренностью в голосе выдала:

 — Так это была экстренная медицинская помощь находящемуся в кризисном состоянии молодому человеку. Теперь пациент достаточно адекватен, и можно доставить ему обещанное удовольствие.

С этими словами она зачерпнула новую порцию крема, и, старательно смазав весь пах партнера, принялась короткими прикосновениями язычка слизывать его, уделяя большее внимание яичкам и промежности. Одной рукой он придерживала член и наклоняла его под удобным углом. Основательно обработав таким образом яички, она попеременно стала втягивать их в рот, продолжая круговыми движениями языка шлифовать их поверхности, слегка придавливая.

Мужчина на лежаке принялся постанывать, руками перебирая ее волосы. Его член, в её тесном кулачке, ещё не успев толком опасть, принялся по новой принимать боевое положение.

Тогда и развратница предприняла более действенные меры. Поднимаясь по столбу все выше, она, достигнув навершия, принялась быстрыми движениями язычка полировать самый кончик, стараясь раздвинуть отверстие канала, еще слегка сочащееся живительной влагой. Выбирая оставшиеся капельки спермы, она рукой массировала ствол, выдавливая ароматный продукт.

Андрей от этих эротических пыток извивался на лежаке змеёй и пытался отодвинуть голову мучительницы от своего достояния, но инквизиторша, крепко держа в руке рычаг власти, продолжала экзекуцию. Наконец она смилостивилась и, заглотив головку, принялась ее обрабатывать, слизывая и поедая размазанный по ней крем. И только после этого, плавным движением скользнув навстречу, приняла в рот большую часть вздыбленного члена. Теперь, равномерно покачивая головой, она ласкала его целиком.

От ощущения горячей, твердой, пульсирующей плоти, которая доставала до самой гортани, Ольга, давно изнемогающая от желания взгромоздиться на эту башню, окончательно распалилась. Её киска исходила соками желания, тянущими волнами отзывалась в промежности отчаянная жажда быть заполненной.

Решительно прервав затянувшиеся ласки, Ольга забралась с ногами на шезлонг, и оседлала партнера, словно жеребца. Одной рукой опершись о его грудь, а другой, схватив крайне желанный, напряженный стержень, она установила его перед текущим от желаний отверстием своей кошечки, и одним махом насадилась на всю длину.

Стон наслаждения и вскрик восторга слились в один, сплетаясь, уносились в другую реальность, неся их хозяев сквозь радугу света в мир единения и блаженства.

Придя в себя после такого восхитительного проникновения, девушка принялась равномерно приподниматься, вытягивая из себя штырь, на который она наделась, и с силой опускаться, вгоняя его в свое лоно, размазывая остатки крема и свои любовные выделения.

Жар внутри влагалища заставлял все быстрее натягиваться на этот восхитительный кол, который, раздвигая её пещерку, шлифовал нежные стеночки, атакуя в конце достаточно растянувшееся колечко, затапливая восхитительным чувством наполненности и восторга.

Так продолжилось довольно долго. Скача верхом, наездница ощущала приближение момента, когда она, достигнув пика этой гонки, отблагодарит партнера даром своего тела. Ощутив, как нетерпеливо задрожала от накатывающих волн наслаждения ее подружка, она резко увеличила темп. И когда вниз по позвоночнику побежал разряд оргазма, а мышцы напряглись, она, привстав, сдернулась с вонзенного в неё вала, и закусив губу, со стоном излилась фонтаном, заливая своим соком его живот и пах.

Услышав разочарованный стон, она уселась обратно и принялась тазом и все еще подрагивающими стенками влагалища усиленно стимулировать находящийся внутри неё дрожащий от нетерпения член. Через несколько секунд Андрей принялся с силой выгибаться, отчаянно вбиваясь в нее и продолжая вызывать все новые и новые волны оргазма.

Наконец мужчина схватил её за бедра и, насадив до упора, с хриплыми стонами стал кончать, закачивая в её глубины свою сперму, щедро поливая раскрытую от глубоких проникновений матку живительной влагой.

Ольга, дождавшись окончания заправки, опустилась сначала на колени, а затем с удовлетворенным вздохом повалилась на грудь своего любовника.

Глава 2. Необычное знакомство.

Тут со стороны дома послышались одиночные хлопки в ладоши. Повернув туда голову, Ольга опешила. Метрах в десяти от них, привалившись к углу дома, в раскованной позе стоял молодой человек, примерно ровесник Андрея и, улыбаясь, аплодировал.

Она была готова провалиться сквозь землю, но смогла лишь плотнее прижаться к телу Андрея и локтями хоть как-то прикрыть свои груди. Тем временем Андрей, тоже повернув голову в сторону дома, спокойно обратился к стоящему парню:

 — Рустик, и давно ты там стоишь?

 — Не знаю, не засекал, но уже минут десять наслаждаюсь, как эта Амазонка тебя объезжает. Мою так хрен допросишься. Познакомишь?

 — Не вопрос. А чего ты так подкрался? И машины не было слышно.

 — И ничего я не подкрадывался, — с обидой в голосе возразил Рустам. — У меня машина на подъеме заглохла и я пешком сюда перся.

Ольга на протяжении всего диалога мучительно искала выход из создавшейся ситуации. В конце концов, решив, что сосед и так её уже видел во всей красе, со всеми прелестями, скачущей на члене. Она решительно поднялась и, опустив ногу, встала. Из её натруженной, растянутой дырочки выскочил обмякший член и с мокрым шлепком упал на живот хозяина. А из неё полился теперь ничем не сдерживаемый коктейль из её кончи вперемешку со спермой, закачанной этим хулиганом.

Подтянув вторую ногу и подхватив с земли свою футболку, она направилась в сторону дома, стараясь не коситься на промежность, но со стыдом чувствуя, как из оттраханного влагалища по внутренней части бедер продолжает струиться скользкая теплая жидкость, при каждом шаге размазываясь и наверняка капая на дорожку.

Парень возле дома, отлепившись от стены, вперил взгляд в её промежность, пока она шла в его сторону, и лишь когда она приблизилась, посмотрел выше, как будто ощупывая все тело.

Для себя она решила, что, если он попытается дотронуться до неё, влепить ему по роже. И проходя мимо, напряглась для отражения возможной агрессии. Причем лицо этого парня показалось страшно знакомым и будто чем-то даже родным. Однако он не предпринял никаких активных действий, лишь восхищенно, как умеют только мужчины, поцокал языком, провожая её взглядом и, обращаясь к севшему на шезлонг Андрею, попросил:

 — Поехали посмотрим, что там с моим кабысдохом.

 — Рустик, вечно я у тебя и за автослесаря, и за электрика, и за сантехника вкалываю. Что, своих рук нету? — умиротворенным усталым голосом спросил Андрей.

 — Ты же сам говоришь, что они не оттуда растут. И чтоб я не лазил никуда, чтобы окончательно не доломать. Поехали? А то там, в машине, Маринка ёжиками разродится.

А я вечерком по полной проставляюсь.

Дальнейшего диалога Ольга не слышала. Заскочив в дом, она первым делом футболкой вытерла бедра и, присев, с ожесточением подтерла текущую подружку, так как представления не имела где тут можно подмыться. Умиротворенная кисуля не возражала, и, сладко чмокнув губками, отправилась переваривать ноющую удовлетворенность.

Окинув комнату взглядом, Ольга увидела свою сумку. Подлетев к ней, выдернула запасную футболку и только теперь сообразила, что её шорты остались возле машины, а на смену она ничего не взяла. Вторично оглядев помещение и углядев рубашку Андрея, кинулась к ней. Он был на голову выше неё, так что из его рубашки получился великолепный халатик. Застегнув пуговицы, она выскочила на улицу за шортами, они так и лежали с трусиками возле багажника.

Уже возвращаясь в дом, она столкнулась с мужчинами, которые шли к машине, и опять возникло чувство узнавания, как будто вчера расстались, но вспомнить она не может. Остановившись, Андрей протянул руку в её сторону и представил:

 — Это Ольга, моя прекрасная спасительница.

Повернувшись к парню, едко продолжил:

 — Сотри свою наглую улыбочку, я не про сегодня говорю, а про другой раз.

Запутавшись в представлении, махнул рукой и отрекомендовал уже друга:

 — Этого извращенца и полного профана в технике, зовут Рустам, мой лучший друг и на мое несчастье, мой сосед по даче. Прошу любить и жаловать.

Рустам шагнул вперед и, взяв её руку и склонившись в поклоне, поцеловал кисть. Выпрямившись, он великосветски произнес:

 — Мадмуазель, вы очаровательны.

Затем скосив взгляд ей на слияние бедер, продолжил:

 — А в некоторых местах безумно очаровательны.

Схлопотав после этой эскапады чувствительный тычок под ребра от Андрея, он жалобным тоном добавил:

 — Обидеть художника может каждый, а вот пожалеть сиротинушку только возвышенные натуры. К коим ваш друг, никакого отношения не имеет, ибо приземлен он и груб.

Ольге, сначала испытавшей замешательство и стыд при встрече с человеком, который в мельчайших подробностях разглядывал её обнаженное тело и сексуальные скачки на члене, а затем не отрываясь разглядывал её текущий цветочек, пока она шла в дом, стало вдруг намного легче, как будто разжали лапу, сжимающую сердечко. И она, уже не тая зла, открыто улыбнулась.

 — Поехали уже, сиротинушка, спасать твою благоверную.

Взявши его за плечи, Андрей обвел парня вокруг стоящей девушки и подтолкнул к машине.

 — Оль, ты там поройся, пожалуйста, в пакетах, сообрази, что-нибудь на обед, а мы постараемся побыстрее вернуться, — на ходу обратился он к ней.

Ребята сели в машину и, развернувшись, уехали. Ольга, пройдя на кухню и перебирая пакеты с едой, вдруг с облегчением вспомнила, где она видела это лицо и эту располагающую улыбку. Да на рекламных щитах по всему городу и по телевизору — он вел какие-то викторины и ток-шоу с различными людьми.

Успокоившись насчет своей памяти, она стала прикидывать плюсы и минусы такого знакомства, но не придя ни к какому заключению, принялась за обед. Раздобыв еды, кое-что подогрела на электроплитке, а что-то, просто порезав, разложила по тарелкам, и стала сервировать стол к приезду мужчин.

Прокручивая в уме произошедшие с утра события, она окончательно успокоилась, приведя неотразимый внутренний довод, что пусть Рустам и видел её обнаженное тело, но ведь молодое, горячее, а не какую-нибудь страхолюдину с дряблой кожей. Придя к соглашению с самой собой, она включила музыку в зале и, подпевая, продолжила сервировку стола.

Минут через двадцать, когда подогретое уже стало остывать, раздался приближающийся рев двигателей, работающих на повышенных оборотах, и вскоре обе машины припарковались на своих участках, что из окон кухни было прекрасно видно. Из соседского серебристого джипа выпрыгнула симпатичная молодая брюнетка, по виду Ольгина ровесница, и целенаправленно направилась в сторону дачи Андрея.

В этот момент и сам Андрей, распахнув дверь, ввалился на кухню, и принюхиваясь, поинтересовался:

 — А что кушать будем?

 — Жареную курицу, салат, колу, — доложила повариха.

Дверь вторично распахнулась и в кухню, решительным шагом вошла молодая женщина, приехавшая с Рустамом. Вежливо поздоровавшись с Ольгой, она, проходя мимо Андрея, шлепнула его по заднице и непререкаемым тоном приказала брыснуть из девичьего общества, так как им (девочкам) необходимо пошептаться. Парень набычившись, удалился, ворча себе под нос, что вечно эти пошепталки, хиханьки, хаханьки, а как пожрать трудовому народу, так не дождешься.

Проводив Андрея каким-то жалостливым взглядом и дождавшись закрытия дверей, она повернулась к Ольге и открыто улыбнувшись, представилась:

 — Я, Марина, можно Маришка, жена вон того криворукого таланта, — и ткнула пальцем в окно в сторону топтавшегося возле джипа Рустама.

 — А ты Ольга, — утверждающе сказала она. — Давай на ты, мы же ровесницы.

Ольга только успела головой кивнуть, соглашаясь, как Марина продолжила:

 — Мужчины наши раскололись и во всем признались. А то открыли капот и стоят шепчутся, я сразу поняла, что дело нечисто, ну и выскользнула из машины — послушать. А когда врубилась, что к чему, обоих за яйца взяла, чтоб не кобелинили без твоего разрешения и не испугали.

Так что не боись, если что — я за тебя. У Андрюхи с Веркой не сложилось, и хоть я сама баба, но такую акулу, бррр, не перевариваю. А он парень классный, компанейский, но излишне мягкий. Врезал бы ей разок промеж глаз, может и образумилась бы, а так шлюха из шлюх, да еще и мнит из себя хрен ли что, а чуть что — дочкой прикрывается и вопит, что по судам затаскает.

Так что ты тоже Андрюшку не обижай, будь с ним поласковей, он столько нахлебался от жены, что иногда страшно становится, что парень совсем на баб забьет. А у мужиков без баб крыша едет. Я, конечно, стараюсь его приласкать, но ему нужна своя подруга, чтобы отдельно и в полный кайф.

А ты, я так поняла, с их слов, деваха без комплексов, значит самый лучший вариант. Если захочешь моего оседлать, учти сразу, у него елда, как две Андрюхиных, так что аккуратно, не порвись. Я не ревнючка, возражать не буду. Давай дружить. Лады?

И, вывалив все это на ошарашенную таким потоком информацию Ольгу, с надеждой уставилась ей в глаза. Ольга, пытаясь рассортировать по полочкам поступившую инфу, для начала решила согласиться на последнее предложение ответив:

 — Давай дружить, тем более, что мне такие откровенные девчонки еще не встречались.

 — Вот и класс. А почему откровенная?

 — Ну ты же, я так поняла, только что разрешила перепихнуться со своим мужем.

 — Ну и что? Этот кобель злоебучий все равно трахается направо-налево, а со своих ассистенток так вообще не слазит. А тут что называется свое, под присмотром.

 — И ты серьезно не ревнуешь?

 — А что толку ревновать, пускай перебесится, все равно он только мой.

 — Честно сказать я фигею с тебя. А что там с Андрюхой у тебя было?

 — Как что? Трахаемся иногда, когда вижу, что он на стену лезет. Бывает с Рустиком на пару меня прут, когда у обоих спермотоксикоз зашкаливает. У каждого своя персональная дырочка есть, а в рот, что называется, всегда пожалуйста. Ты кстати как, в попку даешь?

 — Нет, ты что, я и своему бывшему туда не давала.

 — Так ты разведенка? А дети есть?

 — Да, сынишке годик.

 — Тогда все нормально, после родов моего спокойно выдержишь. А то бывали прецеденты, когда молоденьких телочек развальцовывал так, что зашивать приходилось.

 — А с чего ты решила, что он на меня полезет?

 — Ха, свои кадры знаем. Новенькая дырочка, симпотная мордашка, фигурка высший сорт, грудь тройка или чуть больше. Ставлю колечко с брюликом против твоей заколки, что в ближайшее время начнется планомерная осада по всему периметру.

 — А как же Андрей?

 — Ты послушай опытную, прожженную бабу, Андрюха даже если мощно запал на тебя, отказать Рустику не сможет. Ну сама представь, как он откажет мужу телки, которую сам дрючит. Тем более, что они друзья с детства и все у них, как бы общее.

 — А если я сама не захочу?

 — А вот поэтому я и сказала, что кобелинить им не дам. Все на твое усмотрение. А теперь давай обед нашим мужикам готовить, а то они через полчасика нас сырыми сожрут.

И они принялись дружно в четыре руки подогревать, резать, разливать и сервировать по новой на четыре персоны. А у Ольги, воспитанной в совковской морали, в голове никак не могли устаканиться отношения этой троицы, и она периодически задавала уточняющие вопросы. Наконец закончив с сервировкой, Маришка позвала куривших мужчин, и все чинно уселись за стол и принялись обедать.

Как и предсказывала многоопытная Маринка, комплименты с двойным дном посыпались сразу же. Девчонки переглянулись и одновременно прыснули. Старшая подруга, смеясь, спросила:

 — Что я тебе говорила?

Тут же ничуть не смутившись реплики своей супруги, Рустам философски произнес:

 — Ну не могу я пройти молча мимо такой красоты.

 — Да, пройти можно только поставив свою метку.

Так, под беззлобную пикировку, прошел весь обед, а в конце уже и Ольга принимала полноценное участие в застольном разговоре, вертящемся вокруг сценки скачки на норовистом мустанге с её участием. Причем, надо отдать должное, говорилось это такими словами, что не было даже оттенка пошлости, а сплошь восхищение прекрасной наездницей.

Что и говорить, чувствовалась школа популярного телеведущего, автора и исполнителя многих шлягеров. И после её вливания в общий разговор заметно для глаз раскрепостился Андрей, сначала сидевший в напряжении, а теперь принявшись шутить и подначивать своего друга.

Так на волне шуток, смеха и всеобщего хорошего настроения закончился этот обед. После чего Маришка утащила мужа к ним на дачу, резонно заметив, что ребятам есть чем заняться и без них. А вот вечером объявлены танцы на их даче, и самоотводы принимаются только в случае скоропостижной смерти заявителя и по предъявлению хладного тела, которое они все равно согреют, оживят и заставят танцевать за двоих.

Когда Андрей после обеда спросил, чем бы она хотела заняться, Ольга, ни секунды не раздумывая, сказала, что хочет побродить по горам. Выслушав краткую лекцию о нежелательности карабканья по кручам на полный желудок и тем более в одиночестве, предложила составить ей компанию. Тяжело вздохнув и обвинив весь женский род в желании вогнать его в гроб раньше положенного срока, Андрей, тем не менее, принялся обувать кроссовки.

Прогулка по живописным весенним горам доставляла эстетическое наслаждение, и уже через полчасика он признал, что это замечательно — вот так бродить по горам, никуда не торопясь и внимательно разглядывая открывающуюся взору красоту. Не только общий вид, но и встречающиеся оригинальные камни, красивейшие цветы и не успевший подгореть на солнце яркий травяной ковер.

Достигнув хребта, они надолго задержались, заворожено глядя на открывшуюся взгляду панораму холмов внизу и покрытых льдом и снегом пиков вдалеке. Разогревшись на подъеме, она с удовольствием принимала его ласки вместе с ласками ветерка, обвевающего разгоряченное тело.

А потом отдавалась своему мужчинена покоренной ими вершине, уперевшись руками в огромный валун, ощущая в себе нежно скользивший поршень и растворяясь в этой завораживающей, восхитительной природной красоте, жадно поглощая и впитывая её до последней капельки.

К даче спустились, когда солнце уже клонилось к закату. Андрей откровенно признавал, что за пять лет, как построил дачу, еще ни разу с таким наслаждением не бродил в окрестностях, все больше вниз, к протекающему холодному саю*. Теперь же будет регулярно этим заниматься, сбрасывая городское напряжение, и постарается вытащить наверх своих друзей.

*сай — небольшая горная речка, весной полноводная за счет таяния снегов.

Искупавшись во вполне приличной по размеру душевой рядом с сауной, Ольга хмуро, как на врагов народа, посмотрела на свои шорты и футболку. Ну кто мог знать, что в горах объявят званый вечер с участием звезд и танцевальной программой «Танцы до упаду». Сплошное расстройство, да и только.

В этот момент дверь без стука распахнулась, и какой-то весь взъерошенный Андрей спросил:

 — Ну, ты еще долго здесь плескаться собираешься? Иди одевайся уже, там в зале Маришка на диван одежду свалила, сказала чтобы ты была секси. Мне тоже ополоснуться надо, а Рустик уже два раза приходил, сказал, что мясо уже поставил.

Ольга, малость обалдев от услышанного, натянула трусики и рванула в зал, посмотреть на наряды. Прикинув различные комбинации предоставленной одежды, и забраковав не сошедшееся на грудях, выбрала вечернее бордовое платье с открытой спиной и свободной драпировкой спереди. Из обуви подошли только черные босоножки с регулирующимися застежками.

Взглянув на себя в зеркало, она пришла к выводу, что в таком виде не стыдно присутствовать в приличном обществе и, нанеся легкий макияж из, видимо, Маришкиной же косметички, распустила еще немного влажные после купания волосы по плечам.

Вот теперь, на её взгляд, она была готова. Повернув голову в сторону топчущегося на пороге Андрея сказала:

 — Ну все уже, не грызи меня взглядом, пошли.

Пройдя в соседний коттедж, она обнаружила его зеркальную идентичность с Андрюшкиным.

Как будто строители, выстроив один, поставили на план коттеджа зеркало сбоку и принялись строить второй. В дверях их встречала хозяйка, тоже одетая в вечернее платье черного цвета и в туфлях с умопомрачительным каблуком. Оценивающе оглядев Ольгу, она сказала:

 — Умничка. Впрочем, и я в людях редко ошибаюсь. Пошли за мной.

Пройдя через зал, где был накрыт стол со свечами, в правую спальню, она присела на огромную кровать и, похлопав по покрывалу рядом с собой, пригласила садиться рядом. Когда Ольга устроилась на кровати, Маришка, на секунду смешно наморщив носик, произнесла:

 — Не вздумай на меня обижаться. Все, что я тебе сейчас буду говорить, строго в твоих интересах, но я должна заранее знать, что ты позволяешь, а куда лезть нельзя. С попкой все понятно, и если надумаешь распечатываться, сначала со мной посоветуйся, как сделать это безболезненно и приятно. Там тоже своих нюансов куча, чтоб мужика круто завести.

Ольга молча отрицательно покрутила головой.

 — Окей. Теперь дальше. Как у тебя с девичьей любовью? Мужики от этого кипятком ссут, если наблюдают. Пробовала?

 — Нет, не пробовала. И знаешь, как-то не тянет.

 — Тоже понятно. Ну и последнее. Как тебе группка? Ты и два мужика?

Ольга, ощутив на щеках мимолетный румянец, с вызовом ответила:

 — Если в рот и киску, то с удовольствием!

 — Вот и отлично, на первое время разобрались, а там жизнь покажет.

Еще раз оглядев Ольгину фигурку, она добавила:

 — Что лифчик не стала одевать — это хорошо, и так точат как пушки, а вот трусики рекомендую снять прямо сейчас.

 — Я вообще в горы лифчик не брала. А зачем трусики снимать?

 — Чтобы чувствовать себя там беззащитной в окружении мужиков. Чуть позже заценишь.

Ольга встала и сняла трусики, ощутив промежностью колыхание воздуха, свободно овевающего доступные теперь половые губки. Она вопросительно взглянула на Маришку. Та, одобрительно кивнув головой, предложила пройти в зал к заждавшимся мужчинам.

Рассевшись за столом попарно с каждой стороны, Ольга отметила изысканность сервировки стола. Всего было немного, но деликатесного и вкусненького, скорее чтобы порадовать вкусовыми ощущениями, чем набить желудок под завязку.

Рустам, распечатав бутылку хорошего вина, разлил женщинам по фужерам, а себе и Андрею налил водки. Подняв свою стопку, он произнес красивый тост, в котором присутствовали очаровательные спутницы — источник вдохновения, красота гор, страсть и жажда жизни. Одним словом, этот тост, сам по себе, был изумительным образцом красноречия.

Раздались одобрительные возгласы, и Ольга абсолютно искренне присоединилась к ним. Все выпили и приступили к закуске, периодически произнося тосты по очереди. Ольга, когда очередь дошла и до неё, особо не изощрялась, просто высказала свое восхищение хозяевами.

Ни на секунду не забывая об отсутствии на ней трусиков, при каждом движении ног ощущая ласковые прикосновения воздуха к открытым частям своей киски, и мысленно представляя свою доступность, она стала активно возбуждаться. Взглянув в сторону Маришки и перехватив её взгляд, она, незаметно опустив взгляд, указала ей на источник беспокойства. Подруга, улыбнувшись одними глазами, озорно подмигнула и ободряюще, с пониманием, кивнула головой.

После чего подняла всех танцевать, сразу поставив медленную музыку. Первый танец был законно отдан Андрею, который, шепча на ушко фривольности, сходу принялся оглаживать её попку и, вжавшись пахом ей в живот, продемонстрировал полную готовность подтвердить свои слова делом.

Вот тут уже Ольга потекла вовсю, прижимаясь и елозя животом по торчащему члену, легко представляя его внутри себя. Она ощущала томное набухание своей кисули и соки, выступающие на поверхности и овеваемые потоками прохладного воздуха, всерьез заводили её.

На следующий танец партнеры сменились, и Ольга, сама с любопытством прижавшись к заметному контуру на паху Рустама, с удивлением ощутила заметную разницу в размерах их агрегатов. Мысленно сравнив размеры члена, который её удовлетворял в течение дня, с упирающимся в неё сейчас, она просто растерялась. Ну как такой гигант может поместиться в ту стройную молодую женщину, танцующую сейчас с её парнем?

Словно почувствовав её взгляд, Маришка, оторвавшись от усиленно лапающего её Андрея, утвердительно кивнула головой и показала большой палец. А Рустик тем временем демонстрировал прекрасное знание женского тела, где надо — чуть придавливал, где надо — поглаживал, и непрерывно сыпал комплименты по поводу самой прекрасной девушки, которую только ему доводилось держать в руках.

Врал, конечно, насчет единственной и неповторимой, но женщины так уж устроены, ей хотелось слушать эти волнительные слова, ощущать всем телом его прикосновения, быть желанной и возбуждающей. А тут еще и легкий бриз, овевающий её обильно текущую ракушку, и сознание того, что в данный момент она совершенно не защищена и можно сходу вонзить в неё член и трахать её, как заблагорассудится, просто задрав юбку.

Все вместе создавало взрывоопасную смесь животного желания немедленно воткнуть в себя источник наслаждения и благоразумного стремления удержаться в рамках приличия, но чем сильнее она себя сдерживала, тем лавинообразнее накатывала жажда удовлетворения.

Тут еще и партнер по танцу какими-то ласкающими движениями поднял на бедре подол платья и, неуловимо скользнув ладонью в промежность, ласково и дразняще огладил её обильно текущий цветочек и неторопливо стал отступать.

Ольга от пробежавшего по телу разряда возбуждения чуть не закричала в голос и, перехватив его смещающуюся обратно на бедро руку, решительно вернула на свою исходящую нектаром розу.

А он продолжал нашептывать ей волшебную сказку, уносящую вдаль, где были лишь они одни, и он ласкал её, и боготворил, овладевал ею и наполнял собой, был нежным и жестоким, был её повелителем и безропотным рабом. Слова складывались в образы, образы создавали картинку, и эта картинка превращалась в жизнь, туманя разум и приближая к вершине наслаждения.

Повиснув на сцепленных, на его шее руках, разведя ноги, она впечатывалась своим цветочком в его ладонь, размазывая лепестки между пальцев. А он уже жестоко ласкал пальцами набухшую бусинку клитора, сдавливая и перебирая проскальзывающие губки, гнал её по сказочной стране с бездонным небом, цветными лоскутами нависшим над ними, по дороге, усыпанной слепящими глаза сверкающими бриллиантами.

Во всем мире не существовало силы, способной остановить эту гонку. Ее тело, устремившись за голосом-проводником сквозь блики отраженной на поверхности радуги, ускорило ритм и, взорвавшись буйством красок и выплеском соков, вырвало из груди крик страстного восторга.

Приходя в себя после такого бурного оргазма, когда её возбужденная и до конца не удовлетворенная киска настойчиво требовала продолжения и заполнения, она слышала восхищенные слова в свой адрес и, чувствуя накатывающее

смущение, повернула голову в сторону второй пары.

Маришка, стояла лицом к ним, груди были выпущены из выреза и ярко белели на черной ткани, подол платья задран на талию, ноги расставлены, открывая свободный доступ к её ракушке. Более блядской позы придумать было невозможно! А за её спиной стоял Андрей и, вперив горящий взгляд в Ольгину промежность, ожесточенно ласкал руками Маришкины грудь и промежность.

Какое на хрен смущение, ей срочно был нужен этот мужчина, для собственных нужд и потребностей! Схватив Андрея за руку, и смазано извинившись, она поволокла его в спальню. Сорвав с себя платье и босоножки, она запрыгнула на кровать и упала на спину, широко разводя ноги, а её мужчина моментально разделся и навалившись на нее всем телом сходу ворвался в ее лоно, растягивая по всей длине жаждущее влагалище.

И снова мир взорвался сверхновой звездой, Ольга, закинув ноги на спину любовника для более глубокого принятия его члена, принялась колебаниями таза менять углы проникновения, но так длилось недолго. Андрей, обхватив её стан, всем весом принялся вбиваться веё киску, с силой впечатывая свой лобок в её лепестки, отчего перед глазами мелькали быстрые вспышки, проникая так глубоко, что растянувшееся колечко матки, сладко обхватывало его головку.

Рядом на кровать упали ещё два тела, тут же сплелись и солидарно принялись раскачивать это ложе любви, стоны и вскрики сливались в возбуждающую симфонию страсти. Ольга, слыша эти признания, сама понеслась, отпустив тормоза, крича и требуя своего наполнения — глубже и сильнее. Раз за разом взрываясь фонтанчиками удовольствий.

Андрей, достигнув пика, вогнал в её лоно свой член до упора и, сотрясаясь от выбросов, наполнил её всю, вызвав удовлетворенный стон. Сдвинувшись в сторону, он принялся оглаживать её тело, а она, раскинув ноги, с удовольствием отдавалась этим ласкам.

Неожиданно ласкающих рук стало намного больше. Скосив глаза в ту сторону, откуда пришло подкрепление, она с легким удивлением обнаружила, что вторая пара, прервав свои объятия, тоже переключилась на неё, лаская и распаляя. Разогретой и еще возбужденной женщине было ужасно приятно такое внимание, и она плыла и качалась на волнах сладострастия.

Когда же Рустам, скользнув как угорь, оказался между её раскинутых ног, она с тревогой взглянула на Андрея, но тот, продолжая ласкать грудь, лишь ободряюще кивнул. Тогда она посмотрела на Марину. Та, подмигнув и улыбнувшись, покручивая её сосок, наклонилась и прошептала: «Вот сейчас тебя по полной натянут».

В нетерпеливом ожидании экзотической близости, в котором присутствовала странная смесь любопытства, желания и опасения за свою сохранность Ольга, приподняв голову, по достоинству оценила мощный жезл, который собираются в неё вогнать. Он был сантиметров тридцать в длину и диаметром с её предплечье.

Испытывая вполне объяснимые волнения по части проникновения в неё этого монстра, она рефлекторно попыталась сжать ноги, но было уже поздно. Рустам лег на нее и, направляя головку одной рукой, принялся водить по складочкам её лапочки, размазывая по всей поверхности сперму, которая вытекала после предыдущей близости.

Так он дразнил ее довольно долго, пока лежащая под ним женщина не принялась сама следовать своей дырочкой за этой восхитительной головкой. Ольга, находясь на грани азарта, когда уже не важны последствия, стремилась заполнить свое изнывающее нутро. Приподняв таз, она старалась поймать момент, когда можно будет насадится на эту мачту, будоражащую её воображение и заставляющую следовать за ней.

Наконец он установил свой мощный бур напротив дырочки и плавным нажатием вошел в её лоно только головкой, растянув входное колечко влагалища. От тянущей боли внизу, её охватило животное возбуждение текущей сучки, желающей, что бы её отверстие как можно сильнее заполнили, и она сама подалась вперед, стараясь насадиться глубже.

И тогда он опустился вниз, с силой втолкнув своего великана, распирая стенки влагалища и выдавливая сперму, закачанную перед ним. У Ольги перехватило дыхание, а низ тела пронизал жар, когда её аккуратную дырочку растянули до невообразимых размеров пещеры, превратив в окончательную блядь.

Она чувствовала, как этот толстенный фаллос вбивается в её гудящую от напряжения вагину, растягивая её во всех направлениях, и заканчивает свой путь в верхней части живота, разворотив всю матку.

Ольга ощущала, как единожды проложив себе путь в тесноте пещерки и распределив смазку, его орган начал грациозные неторопливые движения, полируя и обустраивая стеночки под свой размер.

Спустя какое-то время её влагалище смирилось с неизбежным и подстроилось под размеры агрессора, захватившего её столь властным проникновением. Ольга с нарастающим возбуждением стала отдаваться процессу принятия в себя этого красавца. Сначала плавно подавая бедра наверх, а затем и разведя шире ноги, чтобы принять его весь. А чуть позже сама насаживаясь снизу вверх на скользящий в ней вал. Вот теперь и ее саму захлестнула волна плотской похоти.

Сколько продолжалась это безумие, она не представляла. Её тело, словно взбесившись, раз за разом сотрясалось в судорогах оргазмов, а когда партнер, зажав ее, кончил, она кончала, не переставая. Наконец, он отвалился от неё и принялся оглаживать её тело, благодаря за столь обалденный секс, а она продолжала лежать, распластанная и полностью удовлетворенная, с ноющей от сладкой боли неимоверно растянутой текущей дырой между раскинутых ног, пытаясь вернуться обратно в реальность.

Её тело с двух сторон ласкали мужчины, которым она доставила столь восхитительно бурные минуты. Почувствовав прохладные, влажные прикосновения к своей тлеющей жаром промежности, Ольга преисполнилась благодарности за заботу об её истерзанном теле.

С огромным трудом приподняв голову, она увидела у себя между ног стоящую раком с задранной задницей Маришку, нежно вылизывающую её растраханное, текущее спермой влагалище. В первую секунду она попыталась сжать ноги, чтобы прервать немного эксцентричный, как ей показалось, процесс. Но было так приятно ощущать ласкающие движения прохладного язычка, гасящего пожар в её пострадавшей киске, что она опять раздвинула ноги и отдалась нежной женской ласке.

А Маришка, получив безмолвное разрешение, стала проникать гораздо глубже, добывая язычком влагу уже из глубины туннеля. Разойдясь, она запустила внутрь еще и пальчик, нежными движениями подгоняла текущие соки к входу, а уже здесь жадно слизывала.

Андрей, прекратив ласкать Ольгины груди, передвинулся чуть выше и, повернув её голову набок, решительно пристроил свой начавший набирать силу член ей в рот. Это оказалась настолько сексуально сильным ощущением, что многие её внутренние запреты пали в это мгновение. Снизу её нежно ласкала языком подруга, груди благодарно поглаживали сильные мужские руки, при этом сама она принялась сосать этот ещё сочащийся штырь любовника, нахально воткнутый в неё чуть ли не до горла.

Андрей, почувствовав, что его безоговорочно приняли, начал плавными движениями подаваться в манящий влажный жар, то входя в её бархатные глубины, то покидая их, и очень скоро его дружок приобрел упругость каучука, легко скользя в её глотке.

Оторвавшись от смакования добываемых соков, Марина приподняла голову и с озорными глазами обратилась к Андрею страждущим голосом:

 — Андрюха если ты готов, то займись немедленно моей задницей, сил больше нет терпеть! Этот гад раздраконил меня, а потом спрыгнул, не дав кончить.

И принялась дальше полировать все закоулки развороченного цветочка.

Андрей, обойдя кровать, с готовностью пристроился к аппетитно оттопыренной попочке. Взяв своего славно потрудившегося бойца одной рукой, он вставил его в призывно текущее влагалище и круговыми движениями принялся скользить по стеночкам, обмазывая его смазкой. Женщина от остроты накативших ощущений не удержалась на руке и губами ткнулась прямо в распахнутый цветок, слившись с ним в долгом поцелуе.

Андрей, вытащив хорошо смазанный кол из одной дырочки, приставил его к другой и надавил, плавно войдя в тугое анальное отверстие. Скользнул, примериваясь, несколько раз туда и обратно, потом обхватил руками Маринкины бедра и теперь уже с силой принялся равномерно долбить сучку, подлизывающую другую. Бросал её тело вперед, в распахнутую перед её лицом мокрую трещину и утягивал назад, насаживая на свой болт.

Маринка, застонав от кайфа, уперлась обеими руками в кровать под приподнятыми Ольгиными бедрами и, приноравливаясь к заданному сзади ритму, принялась напряженным язычком размеренно проезжаться по развернутым перед ней губкам.

До этого Ольге казалось, что её ресурсы по части возбудимости полностью на сегодня исчерпаны, но, глядя на сексуальное действо, разворачивающееся между её ног, и слыша эти стоны, она вновь начала заводиться. Уже ничуть не смущаясь, приподняла таз, подставляя под проскальзывающий язычок как можно больше чувствительной поверхности своей кошечки, и сама стала двигаться навстречу.

А тут еще и Рустам подсунул свой набирающий силу член ей в рот и она, схватив его, принялась обслуживать сильно и страстно. Через пару минут таких активных ласк, он приобрел окончательную форму, уже не помещался в рот, оставалось только с силой обхватить его ладошкой и дрочить, тщательно полируя головку губами и языком.

К этому моменту она достигла пика возбуждения и бурно кончила прямо подруге в рот.

Спустя еще минутку пара снизу, взвинтив темп, практически одновременно достигла оргазмов, и они принялись страстно стонать и изливаться. И последним наполнил Ольгин рот своим семенем Рустам.

Все четверо, удовлетворенные и размякшие, разлеглись на кровати и расслабленно развалившись, принялись утомленно обмениваться новыми сексуальными впечатлениями, с благодарностью поглаживая друг друга.

Продолжение следует...

Спасибо всем читателям, дошедшим до этих строк.

Буду благодарен отзывам, направленным по адресу — еstеt753951@rаmblеr.ru.

И ещё, народ, не ленитесь оставить комментарий. Авторам, оказывается, это очень важно!