Лесная Нимфа. Храм древесной королевы. Часть 19

Я перепрыгнул через борт телеги и, поймав на себе неодобрительный взгляд Берга, устроился поудобнее на снопах, совсем как недавно это делала Ленаэль. А сам Берг расчистил для себя широкую доску, которая шла по всей ширине повозки и, вероятно, служила скамейкой для кучера.

«Интересно, а где их лошади...или то, что их заменяет», подумал я, накидывая на запястья веревку.

— Никс, трогай, - крикнул своему приятелю Берг, впервые обратившись к нему по имени.

Крестьянин суетливо кивнул и тоже запрыгнул в наш странный транспорт, принявшись возиться со снопами в задней его части.

«Интересно, кого он трогать собрался. Уж не меня ли облапать решил», усмехнулся я, с интересом глядя на землепашца.

Я не сразу заметил, что вокруг нет ни одной тягловой скотины. Раньше я думал, что крестьяне сами дотащили пустую телегу до нужного места. Но, глядя на то, как уверенно они распределились по местам, без малейшего желания запрячь кого-то в качестве двигателя, я начал сомневаться.

К тому же, учитывая, как далеко находятся их крошечные домики, даже двоим взрослым мужчинам было бы трудно толкать гружёную злаками телегу обратно.

Странно.

— Весь кефейник помяли, - ворчливо пробормотал Никс, осторожно перекладывая охапки злаков.

— Не жлобись, за него монет прилично дадут, на всю зиму хватит, - проговорил в ответ Берг.

«О чем они говорят?», спросил я, обратившись к Ленаэль.

— Кефейник? – отозвалась богиня.

«Да, похоже, как будто они просто не знают, как выговаривать названия посуды для кофе», улыбнулся я.

— Не будь таким высокомерным, - весело фыркнула богиня. – Это съедобное растение, видишь круглые плоды? Их аккуратно снимают со стебля, а потом маринуют.

«Странно, больше похоже на пшеницу», удивился я.

— Не угадал. Хлеба на Элдродии совсем нет, местные даже не знают, что это такое. У нас не растет ни одного злака, похожего на земные. Кстати, кефейник как раз используют в качестве закуски к основному блюду. Даже после маринования он остается пресным, практически безвкусным, но довольно питательным.

«Здесь все так плохо с едой?».

— Смотря где, - ответила Ленаэль. – Здесь, например, гористая местность. Почва бедная, урожай растет неохотно. Местные живут в основном за счёт торговли. Продают солому, которая остается после сбора кефейника. Из нее делают сырье для бумаги, ну и добавляют еще кое-где в производстве.

«А как же охота? Такие шикарные леса», переспросил я.

— Это слишком опасно из-за волколюдов, - ответила Ленаэль. – Собственно, они же пожрали почти всю местную живность. Та, что сумела укрыться от волкоголовых, обязательно попадает в силки дриад. Людям в зарослях делать нечего, если не хотят сами стать обедом.

Я лишь передернул плечами, вспомнив завывания вечно голодных монстров. Да уж, оказывается, местным жителям приходится совсем не сладко. В целом ничего неожиданного, на Земле во времена средневековья на Земле тоже жилось не дегко.

Видимо, я снова стал заложником стереотипов из фэнтези-книг, где фермерам в борьбе за урожай всегда на выручку приходила магия. И хотя делать выводы обо всей Элдродии, увидев всего одну деревню, было рано, но, кажется, местное волшебство не спешило помогать простым смертным.

— Ну ты долго там?! – вывел меня из раздумий окрик Берга.

— Да всё, - отозвался Никс.

Крестьянин отложил в сторону последний сноп и осторожно сдул мелкий мусор с небольшого куба, тускло поблескивающего на свету коричневыми гранями.

«А это еще что такое?» — с любопытством спросил я, разглядывая загадочное устройство.

— Смотри, - отмахнулась Ленаэль.

Куб был довольно большим — около сорока сантиметров в каждом ребре. Он был прикреплён к металлической пластине, расположенной на дне повозки. Никс благоговейно смахнул с куба несколько травинок, затем сделал странный жест и положил раскрытую ладонь точно в центр верхней грани.

— Поехали, - предупредил землепашец.

Когда он прикоснулся к граням куба, они замерцали. Спустя пару мгновений серебристый свет погас, и на поверхности куба появился сложный узор. Магические линии медленно распространились по всей поверхности куба и перешли на пластину. Затем телега качнулась, едва слышно загудела и начала медленно двигаться вперёд.

— Ого, - воскликнул я, даже вздрогнув от неожиданности.

Мое удивление не укрылось от крестьян и, кажется, изрядно повеселило их. Мужики переглянулись между собой. Никс снисходительно ухмыльнулся, а Берг лишь пожал плечами.

Тем временем повозка набрала темп, уверенно двигаясь со скоростью километров двадцать в час. Не так уж быстро, но, учитывая контекст моего приключения, даже это впечатляло не слабо.

— А как вы рулите этой штукой? – не удержался я от вопроса.

Но не только любопытство подпитывало мой интерес. Наш рыдван стремительно приближался к первому повороту, плавно огибающему поле, а моему взгляду все еще не попалось ни одно приспособление, хоть сколько-нибудь пригодное для управления этой махиной.

Крестьяне лишь снова заухмылялись, глумясь над моей дремучестью.

— Ты из какой глухомани выбрался-то? – с издевкой переспросил Никс. –

Берг тоже покачал головой, но от подначек удержался, просто положив руку на левый борт. Повинуясь его жесту, телега плавно начала поворачивать, аккуратно вписавшись в траекторию утоптанной грунтовки.

— Чудеса на виражах, - восхитился я.

— Ты хоть постарайся не так явно удивляться простейшим вещам, - шепнула у меня над ухом Ленаэль. – Самоходный транспорт не такая уж редкость на Элдродии. Это все равно, что на Земле кто-то удивился бы электрическому чайнику.

«Понял-понял», мысленно кивнул я.

Замечание было дельным, и если простоватых крестьян мое поведение лишь позабавило, то у кого-то посообразительнее такое плебейство с моей стороны могло вызвать вопросы.

Возможно, мне стоило придумать какую-нибудь легенду о своём происхождении. Рассказ о путешественнике с Земли мог вызвать нежелательное внимание со стороны местных жителей, которого мне пока стоило избегать.

Погрузившись в свои мысли, я продолжал рассматривать пейзажи. Повозка набрала скорость и уверенно везла нас к Храму, обходя гигантское поле кефейника. Вдалеке виднелись небольшие домики, но они были так далеко, что детали было невозможно разглядеть. Судя по количеству домов, деревня была совсем маленькой, и других работников, собирающих кефейник, нам почти не встречалось.

Как раз в этот момент мы приближались к одной из повозок, припаркованной у обочины. Двое работников — мужчина в уже привычной кожаной перевязи и женщина в простом платье — помахали Бергу.

Тот ответил, вскинул руку в приветственном жесте, затем кивнул на меня и показал в сторону Храма. Крестьяне лишь покивали в ответ и продолжили срезать толстые стебли кефейника.

«Какие-то они неразговорчивые», в очередной раз удивился я.

— У волколюдов острый слух, вот они и стараются не привлекать внимание человеческой речью, - отозвалась Ленаэль.

«Обычно звери сторонятся людей. Вершина пищевой цепи все-таки».

— Только не на Элдродии, - усмехнулась Ленаэль.

Тем временем мы уже обогнули поле и начали приближаться к воротам Храма. Никс поколдовал над кубом, потрогав его в нескольких местах, телега мягко качнулась и начала сбрасывать скорость.

— Здесь остановимся, - кивнул Берг на небольшой овражек, показавшийся с правой стороны от дороги.

— Не доехали же ещё, - удивился Никс.

— Подождешь тут, - с нажимом проговорил Берг. – Нечего глаза мозолить, наемники люди лихие, как бы чего не вышло.

— Да чего случится-то? – продолжил артачиться Никс.

— Телегу отберут, а то и тебя в рабство угонят. Будешь вон, как этот вот, сидеть на поводке.

— Эй, вообще-то ОН прямо тут, - возмутился я. – Говоришь, как про мебель какую...

Но крестьянам явно было не до меня.

— Ты же к Моранне его поведешь, точно к ней, - горячась, воскликнул Никс. – Я тоже хочу!

— Будешь ждать здесь, - выдерживая паузу между каждым слогом, проговорил Берг. – У тебя жена и дети, нечего соваться в этот гадюшник.

Никс хотел было что-то ответить, но Берг так грозно посмотрел на него, что даже мне захотелось вжать голову в плечи.

«Интересно, кто такая эта Моранна, что одно ее упоминание может породить такой скандал», подумал я. Но Ленаэль либо не знала, либо в очередной раз не захотела отвечать.

— Давай кошель, и сиди тут, если не вернусь через час, можешь ехать обратно в деревню. Тогда уж сам доберусь.

«Ага, значит, тут измеряют время примерно так же, как на Земле», подметил я интересную деталь. «Или переводчик в моей голове подобрал самый подходящий термин. Не важно, хотя бы с этим проблем не возникнет».

— Ага, через час, конечно, - проворчал Никс, протягивая приятелю мой мешок с монетами.

— Ты же прекрасно знаешь, что произошло. Почему ведешь себя, как сволочь? – тихо проговорил Берг.

Перемена в его голосе была столь внезапной, что мне даже стало не по себе. Никс тоже поник, как-то сразу растеряв боевой настрой. Он попытался пробормотать какие-то извинения, но Берг лишь отмахнулся.

— Пошли, - проговорил крестьянин, обращаясь уже ко мне.

Берг припарковал телегу в овраге, спрыгнул с лавки и зашагал в сторону крепости. Я поспешил за ним следом, отчаянно путаясь в веревке и собственных ногах. Путы были не крепкими, но скакать со связанными руками все равно было неудобно.

Выйдя на дорогу, Берг покосился через плечо и все-таки решил подождать меня, но только лишь для того, что подобрать свободный конец веревки и намотать его на кулак.

— Обычно рабы сами к своим будущим владельцам не идут, - проговорил он, поймав мой вопросительный взгляд.

— Понял, а что насчет кинжала? – кивнул я.

— Хм, да, я должен бы забрать его, - с сомнением в голосе ответил землепашец.

Я лишь пожал плечами, кое-как вытащил нож из петли на поясе и швырнул в дорожную пыль. Берг хмыкнул, подобрал оружие и убрал в один из бесчисленных карманов своей перевязи.

«Прощай, ты неплохо мне послужил», без особых сожалений подумал я и тут же выбросил нож из головы. Снова оставаться с пустыми руками было неуютно, но на данном этапе наличие оружия создало бы больше проблем, чем его отсутствие.

Через пару минут мы таки добрались до стены. Берг остановился, а я принялся с любопытством рассматривать все вокруг.

Стены и вблизи оказались темными, но каменные блоки, с ювелирной точностью подогнанные друг под друга, были не совсем однотонными. По ним, как паутина, разбегались фиолетовые прожилки, синие крапинки и какие-то радужные разводы.

— Неприветливое какое-то местечко, - проговорил я, зябко поведя плечами.

Оказавшись вплотную к замку, я почувствовал, как давит его аура. Камни крепостных стен, пожалуй, были даже древнее тех, из которых была сложена арка межмирного перехода, к которой отвела меня Настель. Вот только в них не осталось ни грамма изящества предыдущих владельцев.

Не знаю, кем была его новая владелица, но ее темная сила умудрилась пропитать каждую песчинку и выдавить из нее последние крохи нимфийского света.

— Поэтому никто и не связывается с ней, - шепнула над моим ухом Ленаэль.

Странно, но чем ближе мы приближались к храму, тем тише вела себя вздорная богиня. Как будто аура Клариссы даже на нее действовала удручающе.

— Ну где вы там, долго еще стоять?! – гаркнул вдруг Берг.

Его суровый голос снова заставил меня вздрогнуть.

«От каждой тени уже шарахаюсь, так недолго в невротика превратится», подумал я, поежившись.

— Чего орешь-то, - раздался неподалеку от нас скучающий голос.

Мы с Бергом одновременно повернулись на звук и увидели, как воздух в паре метров от нас пошел рябью. Сначала прямо из него появилась бледная рука с тонкими длинными пальцами, затем взъерошенная голова. Мгновение, и незнакомец окончательно сбросил накидку, под которой, очевидно, скрывался все это время, и предстал перед нами во всей красе.

— Да блин, - проговорил я. – Видит бог, как же меня задолбали всякие невидимки.

Берг зябко повел плечами, под взглядом незнакомца ему было неуютно.

Ленаэль не удержалась и хихикнула, незнакомец не отреагировал, лишь безразлично покосился на меня.

— Ну, с чем пожаловали, - с ленцой проговорил парень.

К слову, всё это время он сидел на стуле из черного дерева. Молодой человек, не знаю, сколько ему было лет, положил ногу на ногу и, откинувшись на спинку стула с затейливой резьбой, наблюдал за нами из-под полуприкрытых век.

Он выглядел необычно: худой, с острыми чертами лица и бледной кожей. Черные волосы, прямо под цвет замка, непослушно торчали в разные стороны. Но при этом его камзол был таким аккуратным и безупречно отглаженным, что казалось, об него можно порезаться. Черные штаны, высокие ботинки из черной кожи с аккуратной шнуровкой.

— Вот привел раба на продажу, - проговорил Берг, стараясь не глядеть незнакомцу в лицо. – Пропусти в город.

— Пропустите, - поправил парень. – Меня зовут господин Норд. Еще раз позволишь себе столь неучтивый тон, свинья деревенская, отправлю плавать в ров.

Парень даже не повысил голос, но от его тона даже у меня по коже пробежал мороз.

— Простите, господин Норд, - поджал губы Берг. – Позволите ли вы нам войти?

Парень поднес к лицу руку, начав придирчиво разглядывать ногти. Он подул на них, аккуратно потер об камзол и снова начал изучать на свету. Молчание затянулось, Норд явно ожидал чего-то или просто издевался над землепашцем.

— Десять монет, - наконец произнес парень.

— Три, - невозмутимо ответил Берг.

— Пять, вонючая ты скряга.

— Одна, - безапелляционно ответил землепашец, скрестив руки на груди.

От его жеста веревка, связывающая мои запястья, натянулась. Я покачнулся, сделал пару шагов, споткнулся о камень и чертыхнулся от неожиданности.

Норд и Берг одновременно покосились на меня, я в ответ наградил их ничуть не менее презрительным прищуром.

Землепашец тяжело вздохнул, покопался в кармане, где у него лежал мешочек, затем достал монету и щелчком отправил ее в сторону Норда. Тот, не вставая со стула, с ловкостью мангуста выбросил руку и поймал деньги прямо на лету.

— Откуда звонкие, а, фермер? – спросил Норд, с подозрением взвесив монету на ладони.

— Не ваше дело, господин, - отрезал Берг.

— Выпотрошить бы тебя, но не мытый ведь, воняешь, - поморщился Норд.

Парень убрал монету в карман, затем встал со стула, не забывая показывать всем своим видом, что совершает огромнейшее одолжение, и повернулся к воротам. Они же выполняли функцию подъемного моста. Мощные просмоленные доски были обиты железными полосами и, по-видимому, были предназначены для сдерживания осаждающих войск.

Не знаю почему, но было видно, что их добавили уже после захвата замка. Видимо, Кларисса извлекла уроки из своего триумфа и предпочла нимфийскому изяществу старую добрую практичность.

— Отойдите, - бросил нам Норд.

Парень вскинул руки, словно пытался ухватиться за край моста прямо со своего места. Он выгнул тонкие пальцы, затем медленно повернул кисти и с заметным усилием потянул их на себя.

— А ты за словом в карман не полезешь. Лихо торгуешься, - тихо проговорил я, обращаясь к Бергу.

— Нечего с этими упырями любезничать, - хмыкнул в ответ землепашец.

Но с места своего мы отошли. Тяжеленный даже на вид мост завибрировал, подчиняясь жестам Норда, доски заскрипели, посыпался какой-то мелкий мусор, затем мост медленно опустился.

— Проходи, фермер, - кивнул Норд.

Меня парень демонстративно игнорировал, общаясь только с владельцем «товара». Открыв нам дорогу в город, Норд вернулся на свой стул и с видом вселенской тоски принялся пялиться в другую сторону.

— Пошли, - буркнул Брег, потянув меня за веревку.

— А кто он вообще такой? – спросил я, когда мы практически перешли ров.

— Никто, сторож. Хозяйка Храма всегда оставляет одного из своих отпрысков присматривать за воротами, чтобы непрошенные гости не пожаловали.

— Получается, одного такого непрошенного, получается, прошляпили, - хмыкнул я.

— Ты не радовался бы раньше времени, - покачал головой Берг. – Это внешне он придурок придурком. Но ауры наши просканировал, это даже не сомневайся. Чтобы ты там ни задумал, будь осторожен. Кларисса уже знает, что ты прибыл, и будет настороже.

— Он что, голубя ей отправил? – приподнял я бровь.

— Чего? Зачем? – не понял землепашец.

— Ну, с письмом.

— Зачем?

— А как они тогда связываются?

— Все дети Клариссы мысленно связаны с ней. Так она контролирует свой выводок и может видеть всех их глазами. Поговаривают, что она даже управлять упырями своими может. Но правда это или нет, тебе разве что Норд может подтвердить.

— Понял, - кивнул я, намотав на ус очередную полезную информацию.

— А у тебя на родине, значит, и кристаллов связи нет? Раз вы каких-то го... как его, голубей используете, - прищурился Берг.

Я тут же мысленно выругался, досадуя на свою неспособность вовремя прикусить язык. Вероятно, так меня и раскроют, на очередном глупом вопросе.

— Да мы просто староверы, знаешь, не доверяем технологиям, - криво усмехнулся я.

— Ну-ну, кристаллами еще мой прадед пользовался, - покачал головой Берг. – Ладно, мне-то все равно, из какой дыры ты выполз. Надеюсь, распрощаемся сегодня и больше никогда не увидимся.

Сочтя за благо промолчать, я просто кивнул. К тому же мы как раз переступили порог и оказались за городской стеной.

— Эй, ребята, лучшая еда! – тут же оповестил нас мужичок в фартуке.

За небольшим прилавком, уставленным выпечкой, стоял невысокий, крепкий мужчина с рыжими вьющимися волосами. Он радостно помахал нам. Кроме пирожков на прилавке лежали какие-то местные фрукты, похожие на сливы, поднос с запечённой рыбой и стаканы с зелёной жидкостью, над которой поднимался ароматный пар.

_____________________________________________________________________________________

От автора:

Здравствуйте, мои дорогие читатели. Недавно в комментариях был поднят вопросик, который мне хотелось бы обсудить. Простите, что такая болтливая в последнее время, но мне правда важно знать, что вы думаете.

И так, недавно меня спросили, а куда, собственно, пропали порно сцены. Что же, их и правда давненько не было, и, наверное, следует объясниться.

Нимфа начиналась как несколько серийный порно рассказ, без претензий на какую либо художественную ценность. К моему удивлению и невероятной радости, этот рассказ нашел отклик в ваших сердечках, и многие попросили написать продолжение. Сказано — сделано, и я придумала для Нимфы историю подлиннее. Честно сказать, ее я планировала закончить главе на двенадцатой, но вы были так активны, что я невольно стала задумываться, а может из этого получится настоящий, полноценный роман?

Как видите, история претерпела некоторые изменения, она развивалась и наращивала сама себя в процессе создания, поэтому ход повествования и стилистика тоже менялись непосредственно в процессе творчества. Сейчас мы с вами действительно перешли к полноценному повествованию, со своим миром, героями, не побоюсь этих слов, лором и вайбом :)

Да, описаний стало куда больше, локации начали растягиваться до размеров полноценных пространств и шагнули далеко за границы одной комнаты или даже целого лесного домика. Событий тоже прибавилось, как сюжетных, так и проходных, формирующих общий стиль повествования и визуализирующих историю. Хорошо это или плохо, в полновесном романе без них никуда.

И поверьте, мне хватит и желания, и умения помещать порно вставки хоть на каждой пятой странице. Вопрос только в том, будет ли это к месту и станет ли смотреться настолько же органично, как это было раньше? Не переживайте, порно не исчезнет, просто из-за увеличения масштабов истории оно стало встречаться чуть реже. Но перед тем, как бездумно увеличить его количество в угоду страждущим, мне бы хотелось знать — это одиночная нехватка дрочь-контента или некое общественное мнение, которое имеет потребность в увеличении числа порнушки на квадратный лист?)

Напишите, пожалуйста, в комментариях, что вы об этом думаете. Ваше настроение в некоторой степени тоже влияет на написание этой истории, и хотелось бы его понять <3